Дело № ДЕЛО № 2-1088/2026 ~ М-426/2026

Дело № УИД 01RS0 № -42 Резолютивная часть решения оглашена 24.04.2026 Мотивированное решение изготовлено 28.04.2026 РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации 24 апреля 2026 года а. Тахтамукай Тахтамукайский районный суд Республики Адыгея в составе: Председательствующего судьи Горюновой М.С., при секретаре ФИО4 , с участием истца ФИО1 , ответчика ФИО2 и ее представителя по ордеру ФИО5 , рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами, УСТАНОВИЛ: ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами В обоснование требований указано, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на банковские карты ФИО2 систематически перечислялись денежные средства в общем размере 2 108 462 рубля. Переводы осуществлялись с банковских счетов ФИО3 (цедент) в АО «Альфа-Банк» и T-Банк (АО), что подтверждается банковскими выписками/справками по операциям (Приложение № ). Указанные денежные средства перечислялись ответчику не в качестве дара и не в качестве благотворительной помощи, а для финансирования расходов, связанных с реализацией согласованных проектов/деловой деятельности, в том числе организационных расходов, с разумным ожиданием предоставления отчета о расходовании и/или возврата неиспользованных (либо не подтвержденных документами) сумм. При этом между цедентом и ответчиком не заключалось каких-либо договоров в надлежащей форме, которые могли бы являться правовым основанием для удержания ответчиком денежных средств в сумме 2 108 462 руб. (договор займа в письменной форме, договор возмездного оказания услуг, трудовой договор и т.п.), а также не оформлялись документы, подтверждающие предоставление встречного исполнения (акты сдачи-приемки, отчеты). Ответчик не предоставил цеденту отчетных документов, подтверждающих целевое расходование средств, и не возвратил полученные денежные средства (в части их неиспользования либо неподтвержденности), в связи с чем, сберег имущество за счет цедента без установленных законом или сделкой оснований. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (цедент) и ФИО1 (истец) заключен договор уступки права требования (цессии), по которому к истцу перешло право требования к ответчику в полном объеме, включая право на взыскание суммы неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами. Истцом в адрес ответчика была направлена досудебная претензия с требованием возврата денежных средств и уплаты процентов. В ответ ответчик направила письменное возражение (письмо) от ДД.ММ.ГГГГ , в котором отказалась удовлетворять требования, заявив о наличии «устойчивых фактических договорных отношений по выполнению работы (оказанию услуг)», указав на переписку/файлы/отчеты и свидетелей. Просила взыскать с ФИО2 сумму неосновательного обогащения в размере 2 108 462,00 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ , в размере 598 300,69 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на сумму неосновательного обогащения 2 108 462,00 руб. с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического исполнения обязательства, исходя из ключевой ставки Банка России, государственную пошлину в доход соответствующего бюджета в размере 42 067,63 руб. Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования подержала, просила иск удовлетворить по изложенным в нем основаниям. Ответчик ФИО2 и ее представитель в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, указав на злоупотребление истцом своим правом, оснований для признания перечисленной денежной суммы ответчику неосновательным обогащением не имеется, поскольку между ответчиком и ФИО3 имели место трудовые отношения, а полученные от последнего суммы являлись оплатой за выполнение определенных и систематических обязанностей. Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени судебного заседания извещался надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, представил в суд письменные пояснения, согласно которым в определенный период между ним и ФИО2 сложились приятельские отношения. В указанный период ФИО2 неоднократно обращалась к нему с просьбами о перечислении денежных средств. По ее просьбам он осуществлял перечисления как непосредственно в ее адрес, так и в адрес третьих лиц либо для последующего исполнения ею обязательств перед третьими лица. В частности, денежные средства направлялись на оплату расходов, которые ФИО2 обозначала как срочные и подлежащие оплате за счет ее собственных средств, включая оплату сервисов, телефонии, разработки сайта, а также на исполнение ее личных обязательств, в том числе по ипотечному кредиту и аренде жилого помещения. При этом в ряде случаев после поступления от него денежных средств ФИО2 в тот же день перечисляла денежные средства исполнителям и иным лицам в счет оплаты указанных ею расходов и обязательств. Данное обстоятельство подтверждает, что перечисленные им денежные средства использовались по просьбе ФИО2 и в ее интересах. За счет указанных перечислений ФИО2 получила имущественную выгоду, поскольку ее личные расходы и обязательства фактически исполнялись за счет его денежных средств. При этом между ним и ФИО2 не заключалось договоров займа, дарения, инвестирования, оказания услуг, поручения, агентирования, простого товарищества либо иных соглашений, которые создавали бы правовое основание для безвозмездной передачи ей денежных средств либо для исполнения им ее обязательств перед третьими лицами. Условия о возникновении у ФИО2 заемного обязательства, о возврате денежных средств именно как суммы займа, о сроке и порядке такого возврата, а также об уплате процентов сторонами не согласовывались. Передача денежных средств не сопровождалась оформлением расписки, договора займа либо иного документа, в котором ФИО2 принимала бы на себя обязанность возвратить ему соответствующие суммы как заем. Намерения безвозмездно одарить ФИО2 у него не имелось. Какого-либо соразмерного встречного предоставления лично от ФИО2 он не получил. Суд, заслушав стороны, участвующие в судебном заседании, исследовав и оценив, собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, имеющихся в деле доказательств, согласно ст.ст. 12, 55, 56, 59, 60, 67 ГПК РФ, установив юридически значимые обстоятельства по делу, приходит к следующим выводам. В соответствии с ч. 1 ст. 8 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Согласно ст. 2 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации (далее- ГПК РФ) задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду. На основании ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. В силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счёт другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретённое или сбережённое имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьёй 1109 данного кодекса. Согласно ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: 1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; 2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; 3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки; 4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. Таким образом, для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо одновременное наличие трёх условий: 1) наличие обогащения; 2) обогащение за счёт другого лица; 3) отсутствие правового основания для такого обогащения. В связи с этим юридическое значение для квалификации отношений, возникших из неосновательного обогащения, имеет не всякое обогащение за чужой счёт, а лишь неосновательное обогащение одного лица за счёт другого. В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения (сбережения) ответчиком имущества за счёт истца и отсутствие правовых оснований для такого обогащения, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения (сбережения) такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату. Судом установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на банковский счет ФИО2 систематически перечислялись денежные средства от ФИО3 , что подтверждается банковскими выписками/справками по операциям. Из пояснений истца следует, что указанные переводы являются неосновательным обогащением ответчика. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (цедент) и ФИО1 (истец) заключен договор уступки права требования (цессии), по которому к истцу перешло право требования к ответчику в полном объеме, включая право на взыскание суммы неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами. По смыслу действующего законодательства юридически значимым обстоятельством по делам о взыскании неосновательного обогащения является установление факта приобретения имущества ответчиком за счет истца при отсутствии к тому правовых оснований. В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательственная деятельность в первую очередь связана с поведением участников процесса, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст.ст. 56, 59, 60, 67 ГПК РФ). В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. В силу ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации). В судебном заседании установлено, что третье лицо ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлял со своих счетов переводы денежных средств на счет ответчика. Из анализа движения денежных средств со счетов третьего лица ФИО3 следует, что переводы денежных средств в пользу ответчика носили неоднократный и системный характер, денежные средства переводились в течение продолжительного периода времени. Из искового заявления и представленных скриншотов переписки ФИО3 и ФИО2 следует, что фактически ответчик выполняла трудовые функции (реализация проектов/деловой деятельности) в интересах работодателя ФИО3 в должности менеджера проектов, функциональные обязанности ее не менялись, она отчитывалась перед ФИО3 за проделанную работу. Истец не отрицает, что оплата производилась ответчику на осуществление проектов и на возмещение организационных расходов. Вместе с тем, само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Таким образом, во взаимоотношениях ФИО3 и ФИО2 усматриваются признаки трудовых отношений, что исключает неосновательное обогащение ответчика по спорным денежным переводам. Из позиции третьего лица ФИО3 следует, что между ним и ФИО2 не заключалось договоров займа, дарения, инвестирования, оказания услуг, поручения, агентирования, простого товарищества либо иных соглашений, также не возникли заемные обязательства. Вместе с тем, для возложения на ответчика обязанности по возврату денежных средств недостаточно установить, что между сторонами отсутствовали какиe-либо правоотношения. Подлежит также установлению отсутствие предусмотренных ст. 1109 ГК РФ обстоятельств, которые исключают возврат полученных в отсутствие обязательств денежных средств как неосновательного обогащения. Помимо предоставления имущества в цeляx благотворительности, основанием для отказа потерпевшему в возврате неосновательного обогащения согласно п. 4 ст. 1109 ГК РФ является предоставление имущества потерпевшим, заведомо знающим об отсутствии обязательства по предоставлению имущества. Согласно п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. По смыслу данной нормы не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения денежная сумма, предоставленная во исполнение несуществующего обязательства. C учетом названной нормы денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления. Таким образом, указанной нормой введено правило, исключающее возможность требовать обратно деньги или иное имущество, если передавшее их лицо заведомо знало, что делает это при отсутствии у него какой-либо обязанности и осознавало отсутствие этой обязанности. B соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьёй 1109 ГK PФ. Таким образом, ФИО3 заведомо знал, что переводит денежные средства ответчику при отсутствии у него какой-либо обязанности и осознавал отсутствие этой обязанности, что также исключает возврат в качестве неосновательного обогащения спорных денежных сумм полученных ответчиком. Суд приходит к выводу, что истец и третье лицо намеренно скрывают от суда истинные причины, явившиеся основанием для осуществления денежных переводов в адрес ответчика, что свидетельствует о злоупотреблении им правами и является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Оценив представленные доказательства по правилам ст. ст. 56, 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о взыскании неосновательного обогащения, поскольку в условиях состязательности процесса истцом не представлено безусловных доказательств возникшего неосновательного обогащения. Требования истца не соответствуют вышеуказанным требованиям закона, предъявляемым к искам об неосновательном обогащении. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд РЕШИЛ: В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в размере 2 108 462,00 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ , в размере 598 300,69 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемых на сумму неосновательного обогащения 2 108 462,00 руб. с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического исполнения обязательства, исходя из ключевой ставки Банка России, государственной пошлины в размере 42 067,63 руб. отказать. Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Адыгея через Тахтамукайский районный суд Республики Адыгея в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. Судья М.С. Горюнова