Дело № ДЕЛО № 2-269/2026 ~ М-16/2026

Дело № 2-269/2026 УИД: 03RS0038-01-2026-000017-59 Категория 2.219 РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации г.Давлеканово 15 мая 2026 г. Давлекановский районный суд Республики Башкортостан в составе: председательствующего Мухаметгалеевой Э.Ф., при ведении протокола секретарем судебного заседания Щербаковой М.В., с участием представителя ответчика Макушевой Т.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Самарина А.А. к Тетеркиной Л.И. о расторжении договора соинвестирования, об обязании вернуть квартиру в собственность Самарина А.А., о взыскании компенсации морального вреда, установил: Самарин А.А. обратился в суд с исковым заявлением к Тетеркиной Л.И. о расторжении договора соинвестирования, об обязании вернуть квартиру в собственность Самарина А.А., о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований указав на то, что 15 июля 2019 г. между сторонами заключен договор соинвестирования № , согласно которому предметом договора является взаимодействие сторон по инвестированию строительства объекта, с последующим правом получения соинвестором после ввода инвестиционного объекта в эксплуатацию и оформления имущественных прав. Истец указывает, что Инвестором нарушены условия договора инвестирования, согласно п.4.1 договора числится задолженность в размере 1600 000 руб., в день подписания договора не оплачена, квартира переоформлена на Тетеркину Л.И. так же не оплачена стоимость аренды земельного участка, которым инвестор пользуется. На основании изложенного, просит суд расторгнуть договор соинвестирования, заключенный между сторонами, обязать Тетеркину Л.И. возвратить спорную квартиру в собственность истца, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей. Истец, ответчик, представитель третьего лица, после объявленного перерыва, на судебное заседание не явились. В соответствии с положениями абзаца 2 части 3 статьи 157 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации после окончания перерыва судебное заседание продолжается и у суда отсутствует обязанность извещать стороны об объявленном перерыве, а также о времени и месте продолжения судебного заседания. На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть заявление в их отсутствие. В судебном заседание представитель ответчика в удовлетворении исковых требований просил отказать по основаниям, изложенные в возражениях на исковое заявление. Также суду пояснил, что право собственности на квартиру возникло не на основании договора соинвестирования, а на основании договора купли-продажи. Из отзыва ответчика следует, что с исковыми требованиями не согласна, просит в удовлетворении требований отказать в полном объеме. Указывает на то, что Пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» установлено, что привлечение денежных средств граждан, связанных с возникающим у граждан правом собственности на жилые помещения в многоквартирных домах, которые на момент привлечения таких денежных средств граждан не введены в эксплуатацию в порядке, установленном законодательством о градостроительной деятельности допускается только на основании договора участия в долевом строительстве либо жилищно-строительными кооперативами при определенных условиях. При этом пунктом 2.1 установлен императивный запрет на привлечение денежных средств граждан для строительства в нарушение вышеуказанных требований. Согласно п. 1 ст. 4 названного Закона № 214-ФЗ по договору участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости. В связи с тем, что правоустанавливающие документы на возведение многоквартирного дома выданы на имя истца, а именно разрешение на строительство от 25.05.2015, договор аренды земельного участка от 13.04.2015, свидетельство о праве собственности на незавершенный объект строительства от 19.10.2015, изложенные в пункте 2.2 договора соинвестирования № от 15 июля 2019 г., из чего следует, что истец отвечает признакам застройщика в силу положений пункта 16 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации. При таких обстоятельствах, с учетом буквального толкования договора по правилам, установленным статьей 431 ГК РФ, договор соинвестирования заключенный между сторонами в целях привлечения застройщиком денежных средств гражданина следует признать договором участия в долевом строительстве многоквартирного дома, вне зависимости от того, как был поименован сторонами данный договор (пункт 6 «Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2022)» утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.10.2022). Согласно пункту 3 статьи 4 и статьи 17 Федерального закона № 214-ФЗ договор участия в долевом строительстве заключается в письменной форме, подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации. В данном споре истец, являясь застройщиком, не исполнил обязанность по государственной регистрации договора в связи с чем названный договор является незаключенным, а требования истца об его расторжении - необоснованными. Требования истца об обязании ответчика передать квартиру во взаимосвязи с требованием о расторжении договора соинвестирования также необоснованны и не подлежат удовлетворению. Основанием для перехода права собственности на спорную квартиру послужил договор купли-продажи спорной квартиры от 20 января 2023 года, который зарегистрирован в установленном Законом порядке в органах Росреестра. Пунктом 3 названного договора установлено, что оплата цены квартиры в размере 1 600 000.00 рублей произведена на стадии строительства здания путем инвестирования. Кроме того, пунктом 12 договора купли-продажи установлено, что настоящий договор отменяет и делает недействительными все другие обязательства, которые были сделаны сторонами в отношении предмета договора в устной или письменной форме до заключения настоящего Договора. Указанные пункты договора купли-продажи свидетельствуют об исполнении ответчиком обязательства по оплате приобретенной квартиры путем предварительной оплаты ее стоимости на стадии строительства, что опровергает выводы истца о безденежности договора соинвестирования. Также указывает, что пунктом 12 стороны аннулировали все ранее достигнутые соглашения, включая договор соинвестирования, что является самостоятельным основанием для отказа в расторжении договора соинвестирования ввиду прекращения его действия. Таким образом, требования истца о возврате спорной квартиры, приобретенной по действительному договору купли-продажи необоснованны и не подлежат удовлетворению. Кроме того, ответчик считает, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд. Исследовав материалы гражданского дела, выслушав представителя ответчика, суд приходит к следующему. Судом установлено и из материалов дела следует, что 15 июля 2019 г. между Самариным А.А. и Тетеркиной Л.И. заключен договор соинвестирования № . Согласно пункту № .1. договора, его предметом является взаимодействие сторон по инвестированию строительства объекта с последующим право получения соинвестором после ввода инвестиционного объекта в эксплуатацию и оформления имущественных прав на жилую однокомнатную квартиру, расположенную на третьем этаже, во втором подъезде МКЖД, по адресу: <адрес> А. Площадь <адрес> кв.м., том числе жилая площадь 29,3 кв.м., площадь кухни 8,3 кв.м, санузел 3,5 кв.м, прихожая 7,6 кв.м.Срок сдачи объекта в эксплуатацию3 квартал 2019 г. Раздел 4 договора устанавливает, что сумма инвестиций по договору составляет 1 600 000 рублей. Как следует из положений статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора (абзац 1 пункта 1). Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору (согласно пункту 2 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно пункту 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п. В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» по договору участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости. Таким образом, как следует из представленных материалов правоустанавливающие документы на возведение многоквартирного дома выданы на имя истца Самарина А.А., а именно разрешение на строительство от 25.05.2015 года № выданный Администрацией муниципального района Давлекановский район РБ; свидетельство о регистрации права собственности на незавершенный объект строительства от 19.10.2015 год; договор аренды земельного участка от 13.04.2015 года № ; градостроительный план земельного участка № от 24.04.2015 утвержденный постановлением главы Администрации муниципального района Давлекановский район Республики Башкортостан № от 28.04.2015 года, что изложено в п.2.2 договора соинвестирования. При таких обстоятельствах, с учетом буквального толкования договора по правилам, установленным ст.431 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор соинвестирования заключенный между сторонами в целях привлечения застройщиком денежных средств гражданина следует признать договором участия в долевом строительстве многоквартирного дома, вне зависимости от того, как был поименован сторонами договор (п.6 «Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № (2022) утв. Президиумом Верховного суда РФ ДД.ММ.ГГГГ ). Аренда земельного участка, расположенного по адресу: <адрес> А не является предметом данного договора соинвестирования. Согласно части 3.1. статьи 4 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» договор заключается в письменной форме, подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом. При этом из представленного Роскадастром по запросу суда реестрового дела на спорный объект недвижимости следует, что указанный в договоре объект не был зарегистрирован в ЕГРН. Соответственно договор соинвестирования заключен с нарушением требований законодательства к его форме. В силу статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Свобода договора предполагает, что стороны вправе своим соглашением прекратить ранее возникшие обязательства. Судом также установлено и сторонами не оспаривается, что после подписания договора соинвестирования, 20 января 2023 г. между Самариным А.А. и Тетеркиной Л.И. заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец обязался продать, а покупатель приобрести <адрес> , расположенную в доме по адресу: <адрес> А: кадастровый № . Актом приема-передачи от 20 января 2023 г. подтверждается передача квартиры Самариным А.А. ответчику Тетеркиной Л.И. Пунктом 5 Акта приема-передачи установлено, что Тетеркина Л.И. произвела полную оплату в сумме 1 600 000 руб. Договор купли продажи и акт приема передачи от 20 января 2023 г. подписаны собственноручными подписями сторон и зарегистрирован в установленном порядке в Управление Росреестра по Республике Башкортостан. Таким образом, материалами дела подтверждается, что спорная квартира находится в собственности Тетеркиной Л.И. не на основании договора соинвестирования, а на основании договора купли продажи от 20 января 2023 г. Кроме того, в пункте 12 договора купли-продажи от 20 января 2023 г. содержится прямое и недвусмысленное условие, а именно, стороны аннулировали все ранее достигнутые соглашения. Данное условие является юридически значимым волеизъявлением сторон на прекращение обязательств из договора соинвестирования и с указанного момента договор соинвестирования утратил силу и не порождает каких-либо прав и обязанностей для сторон. Требование о расторжении недействующего договора противоречит самой природе института расторжения, который применим лишь к действующим обязательствам. Ссылка истца о неполучение денежных средств опровергается представленным ответчиком актом приема-передачи денежных средств, который содержит указание на полную и окончательную оплату. Указанный акт подписан истцом собственноручно, без каких-либо замечаний и оговорок. Суд также отмечает то обстоятельство, что последующее заключение договора купли-продажи и передача квартиры в собственность ответчика с государственной регистрацией права в Управление Росреестра по Республике Башкортостан при отсутствии спора о действительности этой сделки с очевидностью свидетельствует о том, что на момент исполнения договора купли-продажи истец считал свои имущественные права полностью удовлетворенными. Данное обстоятельство является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в иске. Также стороной ответчика заявлено ходатайство о применении исковой давности. По утверждению истца, ответчик не произвел оплату по договору соинвестирования от 15 июля 2019г., а потому о предполагаемом нарушении своего права истец должен быть узнать не позднее даты, установленной договором для исполнения обязательств по оплате ( в день подписания договора). Вместе с тем, с исковым заявлением истец обратился только лишь 15 января 2026 г., то есть по истечению более 7 лет. Согласно ст.195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Согласно п.1 ст.196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации. Согласно п.1 ст.200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Более того, истец, заключая с ответчиком договор купли продажи от 20 января 2023 г. и передавая ответчику квартиру, не заявлял никаких требований об оплате, указав в п.3 договора, что оплата произведена полностью. Таким образом, истцом пропущен срок исковой давности, что является также отказом в удовлетворении требований истца. В части требований истца об обязании вернуть квартиру во взаимосвязи с требованием о расторжении договора соинвестирования, так же необоснованны и не подлежат удовлетворению в виду того, что основанием для перехода права собственности на спорную квартиру послужил договор купли-продажи, который зарегистрирован в установленном законом порядке в органах Росреестра, согласно договору цена квартиры установлена и оплачена на стадии строительства. Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Поскольку основные требования оставлены судом без удовлетворения, то в удовлетворении производных требований о взыскании компенсации морального вреда, также удовлетворению не подлежат. В соответствии с преамбулой Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» под потребителем понимается гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 следует, что на отношения, целью которых является извлечение прибыли или получение иной экономической выгоды при последующей реализации объекта, законодательство о защите прав потребителей не распространяется. В рассматриваемом случае, договор соинвестирования не предусматривал личного использования квартиры истцом для проживания, впоследствии стороны заключили договор купли-продажи, по которому истец выступил продавцом, а ответчик покупателем. По акту приема-передачи истец получил от ответчика денежные средства, то есть реализовал квартиру, получив имущественную выгоду. При таких обстоятельствах, истец по факту не является потребителем в смысле Закона «О защите прав потребителей». Правоотношения сторон, по мнению суда, носят характер гражданско-правового обязательства между двумя физическими лицами по поводу возмездного отчуждения недвижимого имущества, в котором истец преследовал цель получения дохода, а потому Самарин А.А. не вправе ссылаться на льготы, предусмотренные Законом «О защите прав потребителей», включая освобождение от уплаты государственной пошлины. Таким образом с Самарина А.А. в пользу местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 31 000 рублей ( исходя из установленной стоимости квартиры в договоре). На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил: в удовлетворении исковых требований Самарина А.А. к Тетеркиной Л.И. о расторжении договора соинвестирования, об обязании вернуть квартиру в собственность Самарина А.А., о взыскании компенсации морального вреда, отказать. Взыскать с Самарина А.А. (паспорт серии: № ) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 31 000 рублей. Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Давлекановский районный суд Республики Башкортостан. Председательствующий Мотивированное решение суда изготовлено 15 мая 2026 г.