Дело № ДЕЛО № 2-2354/2022 ~ М-1666/2022

Дело № 2-2354/2022 03RS0064-01-2022-002272-97 Р Е Ш Е Н И Е Именем Российской Федерации 23 августа 2022 года г. Уфа Уфимский районный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Насыровой Г.Р., при секретаре Валеевой Л.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Нигматуллиной ФИО12 к ООО «РН-Бурение» о взыскании денежной компенсации морального вреда, у с т а н о в и л: истца Нигматуллина З.М. обратилась в суд с иском к ООО «РН-Бурение» о компенсации морального вреда. Иск мотивирован тем, что 30 мая 2021 года в период времени с 11 часов 00 минут по 11 часов 25 минут, Корсунов Д.А., будучи помощником бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газа 5 разряда буровой бригады № 10 цеха буровых работ № 2 Кандринского управления буровых работ Уфимского филиала ООО «РН-Бурение», находясь на буровой площадке, расположенной на территории кустовой площадке № 2069 эксплуатационной скважины № 2069 Арланского нефтяного месторождения, расположенной по адресу: <адрес> , в 1,5 км к северу от д. Сабанчи, находясь в указанному выше время и указанное выше месте, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий, пренебрегая требованиями безопасности, в том числе в нарушении требований охраны труда, без достаточных оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение общественно опасных последствий своих действий, произвел пуск механизма вспомогательной лебедки и подъема бурильной трубы, не дождавшись и лично не убедившись в том, что работники вышли из опасной зоны пути перемещения трубы-площадки радиуса равной длине трубы, допустив при производстве работы по затаскиванию и выбросу оборудования буровой и вспомогательной лебедки нахождение персонала в опасных зонах- под оборудованием и на пути его движения, в результате чего, при затаскивании трубы с грунта на приемный мост, труба одним концом уперлась в нижний трап приемного моста, вследствие чего произошел занос другого конца трубы в сторону Нигматуллина М.Р., находящегося на рабочем месте, от которого последний получил удар указанной трубой. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта Нигматуллин М.Р. получил телесные повреждения, которые относятся к повреждениям опасным для жизни и человека, от которых затем наступила смерть человека. 21 декабря 2021 года Корсунов Д.А. приговором Краснокамского межрайонного суда Республики Башкортостан признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ. Нигматуллин М.Р. (сын истца) на основании трудового договора № 6556 от 13 октября 2020 года и до гибели являлся работником ООО «РН-Бурение». Согласно трудовому договору, ООО «РН-Бурение», договор заключен на определенный срок с 13 октября 2020 года на период переезда, подготовительных работ к бурению, бурения скважин, консервации буровой установки и зачистки кустовых площадок. На момент гибели Нигматуллн М.Р. находился на рабочем месте и согласно заданию на территории ООО «РН-Бурение» выполнял свои трудовые обязанности. Смерть Нигматуллина М.Р. произошла в течение рабочего времени, случай признан работодателем несчастным, о чем составлен соответствующий акт, в действиях погибшего вины не установлено. Истец, ссылаясь на указанные выше обстоятельства, указывая на то, что в результате несчастного случая на производстве, истцу был причинен моральный вред, выразившийся в потере родного человека - единственного сына, просит суд взыскать с ответчика денежную компенсацию за причинение морального вреда в размере 3000000 рублей. Третьи лица Корсунов Д.А., Шарипов Р.Ш. о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в суд е явились, о причинах не явки суду не сообщили, не просили о рассмотрении дела без их участия, не ходатайствовали об отложении рассмотрения дела. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело без участия третьих лиц. В судебном заседании истец Нигматуллина З.М. и её представитель адвокат Шарафутдинов Р.Р. заявленные требования поддержал, просили удовлетворить в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. Участвующая в судебном заседании сторона ответчика, в лице представителя Исмагилова М.М. исковые требования не признал, суду пояснил, что истцу предложена сумма денежной компенсации для урегулирования настоящего спора, однако условия мирового соглашения истцом были отклонены. Представитель ответчика полагает, что оснований для удовлетворения требований не имеется, так ответчиком была оказана единовременная помощь истцу в досудебном порядке. Выражая правовую позицию ответчика, просил суд отказать в удовлетворении заявленных требований. Суд, выслушав пояснения сторон, заслушав заключение прокурора Батюкина В.В., полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению, проверив материалы дела, исследовав и оценив доказательства в их совокупности, приходит к следующему. В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации). Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации). Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации). К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37). Под защитой государства находится также семья, материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации). В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2). В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. № 6 (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10) разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляются случаи, прямо предусмотренные законом (пункт 1 названного постановления). По смыслу приведенных нормативных положений, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины. Судом установлено, что Нигматуллин М.Р. состоял в трудовых отношениях с ООО «РН-Бурение» на основании заключенного трудового договора № 6556 от 13 октября 2020 года по профессии Помощник бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газа 5 разряда Буровой бригады № 10 Цеха буровых работ № 2 Кандринского управления буровых работ. Согласно договору, заключенному 13 октября 2020 года, трудовой договор заключен на определенный срок с 13 октября 2020 года на период переезда, подготовительных работ к бурению, бурения скважин, консервации буровой установки и зачистки кустовых площадок. 30 мая 2021 года в период времени с 11 часов 00 минут по 11 часов 25 минут, Корсунов Д.А., будучи помощником бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газа 5 разряда буровой бригады № 10 цеха буровых работ № 2 Кандринского управления буровых работ Уфимского филиала ООО «РН-Бурение», находясь на буровой площадке, расположенной на территории кустовой площадке № эксплуатационной скважины № Арланского нефтяного месторождения, расположенной по адресу: <адрес> , в 1,5 км к северу от д. Сабанчи, находясь в указанному выше время и указанное выше месте, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий, пренебрегая требованиями безопасности, в том числе в нарушении требований охраны труда, без достаточных оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение общественно опасных последствий своих действий, произвел пуск механизма вспомогательной лебедки и подъема бурильной трубы, не дождавшись и лично не убедившись в том, что работники вышли из опасной зоны пути перемещения трубы-площадки радиуса равной длине трубы, допустив при производстве работы по затаскиванию и выбросу оборудования буровой и вспомогательной лебедки нахождение персонала в опасных зонах - под оборудованием и на пути его движения, в результате чего, при затаскивании трубы с грунта на приемный мост, труба одним концом уперлась в нижний трап приемного моста, вследствие чего произошел занос другого конца трубы в сторону Нигматуллина М.Р., находящегося на рабочем месте, от которого последний получил удар указанной трубой. В результате полученных телесных повреждений Нигматуллин М.Р. был госпитализирован в ГБУЗ РБ г. Нефтекамска, где скончался. По данному факту в отношении Корсунова Д.А. возбуждено уголовно дело по факту нарушения правил техники безопасности при ведении работ, повлекших по неосторожности смерть человека. Приговором Краснокамского межрайонного суда Республики Башкортостан от 21 декабря 2021 года, вступившем в законную силу с учетом Апелляционного постановления Верховного Суда Республики Башкортостан от 31 марта 2022 года, Корсунов Д.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, назначено наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы, условно с испытательным сроком на 2 года, в соответствии со ст. 73 УК РФ. Приговором суда установлено, что Корсунов Д.А. на основании приказа № 1487/к от 11 ноября 2019 года принят на должность помощника бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ 5 разряда буровой бригады № 10 Цеха буровых работ №2 Кандринского управления буровых работ Уфимского филиала ООО «РН-Бурение». в обязанности которого в соответствии с трудовым договором № 6456 от 11 ноября 2019 года, заключенным с ООО «РН-Бурение», а так же сборника инструкций ООО «РН-Бурение» по промышленной безопасности и охране труда по профессиям № ПЗ-05 И-101676 ЮЛ-032, утвержденного Приказом ООО «РН-Бурение» от 18 ноября 2020 года № 466, входило: выполнять трудовые обязанности в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, Правилами внутреннего трудового распорядка Работодателя, иными локальными нормативными документами Работодателя, должностной инструкции, а так же требованиями и условиями настоящего договора; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда, дисциплину труда, требования Сборника инструкций ООО «РН-Бурение» «По промышленной безопасности, охране труда и окружающей среды» (далее по тексту - ПИПБОТ), преступно игнорируя вышеуказанные требования, не выполнил свои обязанности, не дождавшись и лично не убедившись в том, что работники вышли из опасной зоны пути перемещения грубы (площади радиусом равной длине трубы), допустил при производстве работ по затаскиванию и выбросу оборудования буровой установки при помощи буровой и вспомогательной лебедки нахождение персонала в опасной зоне (под оборудованием и на пути его движения), осознавая, что нарушение требований охраны труда может привести к наступлению общественно-опасных последствий и производственному травматизму, но, легкомысленно рассчитывая на предотвращение общественно-опасных последствий своих действий, нарушил требования охраны труда, установленные Трудовым кодексом Российской Федерации, а также ПИПБОТ. 30 мая 2021 года в период времени с 11 час. 00 мин. до 11 час. 25 мин, Нигматуллин М.Р., по заданию мастера буровой Шарипова Р.Ш., участвовал в качестве стропальщика при производстве работ по применению бурильных труб с дополнительного стеллажа путем их скатывания со стеллажа на грунт и последующим их затаскиванием на приемный мост и далее на буровую площадку при помощи вспомогательной лебедки, находясь на территории кустовой площадки № . где находится эксплуатационная скважина № г Арланского нефтяного месторождения, расположена в 1,5 км. к северу от <адрес> Республики Башкортостан. В ходе выполнения вышеуказанных работ Нигматуллин М.Р. осуществив строповку очередной трубы СБУ-102 стропом, не удалился на безопасное расстояние - площадь радиуса равного длине трубы. Корсунов Д.А.. находящийся за пультом управления вспомогательной лебедкой на рабочей площадке БУ-2000/140М-ДЭП в вышеуказанном месте, и восприняв действия Нигматуллина Р.М., как команду на подъем трубы, легкомысленно, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью и наступления смерти Нигматуллину М.Р., но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение общественно-опасных последствий своих действий, в нарушение требований охраны труда, установленных ст. 214 Трудовою кодекса Российской Федерации, а также п. 33 раздела 3 главы 3.3 ПИПБОТ. п. 29 главы 3.46 раздела 3 ПИПБОТ, п. 23 раздела 3 главы 3.58 ПИПБОТ. произвел пуск механизма вспомогательной лебедки и подъем бурильной трубы, не дождавшись и лично не убедившись в том, что работники вышли из опасной зоны пути перемещения трубы, допустив при производстве работ по затаскиванию и выбросу оборудования буровой установки при помощи буровой и вспомогательной лебедки нахождение персонала в опасных зонах - под оборудованием и на пути его движения, в результате чего, при затаскивании трубы с грунта на приемный мост труба одним концом уперлась в нижний трап приемною моста, вследствие чего произошел занос другого конца трубы в сторону Нигматуллина М.Р. и последний получил удар указанной трубой. В результате преступных действий Корсунова Д.А. Нигматуллин М.Р. получил телесные повреждения в виде кровоподтека и кровоизлияния в мягкие ткани правой передне-боковой поверхности грудной клетки и живота, забрюшинной гематомы поясничной области справа с переходом в область диафрагмы и забрюшину малого таза, отрыв правой почки от сосудистой ножки, которые по своему характеру являются опасными для жизни (создают непосредственную угрозу для жизни), и, поэтому квалифицирующему признаку расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека и состоят в прямой причинной связи со смертью Нигматуллина М.Р., которая наступила 31 мая 2021 года в 02 часа 25 минут в ГБУЗ РБ ГБ г. Нефтекамск от тупой травмы туловища с отрывом правой почки, вызвавшее забрюшинное кровотечение и массивную кровопотерю. Факт грубой неосторожности в действиях Нигматуллина М.Р. судом не установлен. Таким образом, в результате действий Корсунова Д.А. при наличии его вины, установленной приговором суда, приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ООО «РН_Бурение» ответственности за действия его работника, совершенные при исполнении трудовых обязанностей. В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта). В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Учитывая, что Корсунов Д.А. состоял в трудовых отношениях ООО «РН-Бурение», смерть потерпевшего стала результатом ненадлежащего исполнения Корсунова Д.А. его должностных обязанностей, суд приходит к выводу, что в силу ст. 1068 Гражданского кодекса РФ обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате действий последнего, лежит на его работодателе - ООО «РН_Бурение». Разрешая настоящий спор по существу, суд исходит из того, что в преступных действий Корсунова Д.А. на производстве, истцу Нигматуллиной З.М. был причинен моральный вред, выразившийся в потере родного человека - единственного сына. Судом установлено, что ответчиком в связи со смертью Нигматуллина М.Р. истцу отказана материальная помощь в виде погашение потребительского кредита в размере 183618 рублей по заявлению истца об оказании материальной помощи, помощь оказана на погребение в размере 41229,35 рублей и оказана помощь по изготовлению и установке изделий из гранита на сумм 198000 рублей. Указанные обстоятельства, стороной истца не оспаривалась. Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд признаёт установленным факт причинения истцу морального вреда в виде нравственных страданий вследствие гибели близкого человека. Поскольку грубая неосторожность работника Нигматуллина М.Р. в произошедшем на производстве несчастном случае, не установлена, суд полагает, что оснований для применения ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации (снижение размера возмещения в случае грубой неосторожности самого потерпевшего) не имеется. Таким образом, учитывая, возраст истца, состояние здоровья, характер и степень причинения нравственных и физических страданий в связи с гибелью сына, а также то, что смерть близкого родственника, к которым относятся в том числе сын, безусловно причиняет глубокие нравственные страдания, в частности, невосполнимость потери единственного ребенка, что является необратимым обстоятельством, нарушающим физическое и психологическое благополучие истца, его право на родственные и семейные связи, установленные фактические обстоятельства, размер произведенной ответчиком материальной помощи, суд приходит к выводу о взыскании в пользу матери погибшего компенсации морального вреда в размере 1000 000 рублей. Оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании денежной компенсации морального вреда в большем размере суд не находит. Исходя из изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд р е ш и л: исковые требования Нигматуллиной ФИО13 к ООО «РН-Бурение» о взыскании денежной компенсации морального вреда, удовлетворить частично. Взыскать с ООО «РН-Бурение» в пользу Нигматуллиной ФИО14 денежную компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать. Взыскать с ООО «РН-Бурение» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 600 рублей. Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Уфимский районный суд Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня составления решения в окончательной форме. Судья Г.Р. Насырова.